BABYER magazine

В 2025 году Российскому государственному художественно-промышленному университету имени С. Г. Строганова исполнилось 200 лет. Об истории и нынешнем дне этого легендарного учебного заведения нам рассказал заведующий кафедрой истории искусства и гуманитарных наук РГХПУ им. С. Г. Строганова, профессор, кандидат искусствоведения, член-корреспондент РАХ Кирилл Гаврилин.

Почему ваш университет носит это имя? Что его связывает с семейством Строгановых?

Начну с истории. Строгановы — старинное русское семейство предпринимателей и филантропов. История фамилии уходит корнями в XVI–XVII века, когда Строгановы осваивали Урал и Сибирь, финансировали и были инициаторами экспедиции Ермака.

Главным их бизнесом тогда была добыча и производство соли. Именно Строгановы основали такие города, как Соликамск, Сольвычегодск, Солигорск, Усолье-Сибирское, Усолье-Пермское и другие. Соль в те времена была стратегическим продуктом, ведь  это и консервант, и важный ингредиент для производства пороха. Со временем бизнес Строгановых приобрёл международное значение, а в XVIII веке они стали основоположниками современной российской металлургии, построив города-заводы на Урале.

Во всех своих поколениях Строгановы поддерживали архитектуру, искусство, ремёсла, основали первые частные художественные мастерские, известные уже в XVII веке, что было немыслимо для России тех времён, ведь тогда главными заказчиками художественных произведений были церковь и государство.

Строгановы были коллекционерами и меценатами, не менее значимыми, чем, скажем, Медичи. В музее Пола Гетти в Лос-Анджелесе есть база данных коллекций Строгановых, которые имеют международное значение. Предметы из собраний Строгановых есть во всех крупных музеях мира — в Лондонской Национальной галерее, в Лувре, в «Метрополитен-музее» в Нью-Йорке, в Эрмитаже, в Третьяковской галерее.

Что сподвигло графа Строганова стать учредителем первой в России бесплатной рисовальной школы?

Сергей Григорьевич Строганов (1794–1882) был не только коллекционером. Он увлекался древностями и основал Российское императорское археологическое общество, то есть стал основоположником современной археологии. Он был попечителем Московского образовательного округа, реальным просветителем. Одним из первых российских аристократов Сергей Григорьевич получил высшее техническое образование — стал инженером путей сообщения.

Сергей Григорьевич был героем Отечественной войны двенадцатого года, получил ранение на Бородинском поле и дошёл до Парижа. Именно в Париже в 1814 году Строганов увидел предметы повседневного обихода простых горожан и очень удивился их элегантности. Даже представители низших сословий здесь пользовались изящными изделиями из фарфора, стекла, металла, текстиля. Уже тогда он понял, что российским ремесленникам изготовить подобные предметы не под силу.

Почему? Не было соответствующих традиций и технологий?

Не было школы! К тому времени в странах Запада уже произошла индустриальная революция, и промышленность начала тиражировать предметы потребления. На рынке, например, параллельно с тончайшим фарфором с кистевой росписью появился более грубый фарфор, украшенный деколями. Подобное произошло и в других отраслях производства.

Сергей Григорьевич узнал, что в Париже имеется специальная школа, где учат художников для промышленности, которые должны знать материалы, технологии и понимать, что каждые пять лет технологии и парк оборудования обновляются.

Строганов был потрясён и, вернувшись в Россию, через какое-то время обратился к императору с просьбой создать в Москве школу, где бы готовили художников для промышленности, или, говоря современным языком, дизайнеров.

Выходит, что Строганов запустил промышленную революцию в России?

Разумеется! Сегодня мы точно понимаем, что без дизайна нет современной конкурентоспособной промышленности. Дизайн повышает стоимость изделия, продвигает его на международном и внутреннем рынках. Любая понравившаяся нам вещь прошла через дизайнера. Сергей Григорьевич, поняв это раньше всех в России, в 1825 году основал «Школу рисования в отношении к искусствам и ремёслам», и уже в 1827 году здесь спроектировали первый образец промышленного дизайна — станок для Тульского оружейного завода. Наш ВУЗ называется Художественно-промышленный университет, и это определение мы носили тогда и носим сейчас.

Каждый ВУЗ гордится своими «звёздами». Как с этим обстоит дело у вас?

Исторически сложилось так, что на протяжении 200 лет у нас преподавали выдающиеся архитекторы, скульпторы, живописцы, а позже и дизайнеры. Среди наших выпускников тоже было много выдающихся архитекторов, скульпторов и живописцев. В связи с тем, что они получили художественно-промышленное образование, они оказались более гибкими, то есть у них появлялась возможность работать в разных отраслях и технологиях. Например, у нас учился основоположник московского концептуализма Дмитрий Пригов. Его однокурсник Борис Орлов стал мегазвездой современной скульптуры. Знаменитый Михаил Врубель преподавал здесь стилизацию растений, проявив себя в качестве проектировщика изделий из керамики, металла, дерева и стекла (витражи). Работали у нас основоположники московского модерна, великие архитекторы Фёдор Шехтель и Лев Кекушев.

Московский модерн — уникальное явление в архитектуре.

Да, московский модерн — высочайшее достижение международного уровня. В Петербурге такого нет, и это объяснимо. Москва того времени — деловая купеческая столица, а Петербург — столица аристократии и чиновничества. А они не любили модерн, называли его буржуазным стилем, они предпочитали неоклассицизм. Однако и среди Романовых были такие прогрессивные люди, как великая княгиня Елизавета Фёдоровна и её супруг Сергей Александрович, который был назначен московским генерал-губернатором после коронации Николая II в 1896 году. Собственно говоря, во время коронации нас и заметили, потому что во время этих торжеств мы украшали столицу павильонами, арками, электрической иллюминацией.

Неужели в конце XIX века была возможна электрическая иллюминация?

Лев Кекушев был архитектором-электриком. Вот они с Шехтелем и украсили Москву к коронационным торжествам. Кроме того, мы делали мерч — дешёвые сувениры для простонародья и разрабатывали для аристократов изделия-лакшери, которые изготавливали московские отделения фирм Хлебникова, Фаберже, Овчинникова.

После назначения московским генерал-губернатором, Сергей Александрович, а также его супруга Елизавета Фёдоровна, будучи прогрессистами, начали модернизировать Москву, создавать современные транспортные развязки, строить железнодорожные мосты, создавать удобную инфраструктуру, в частности, проводить электрификацию. В Москве расширяется водопроводная сеть, появляются большие универсальные магазины и столовые для малоимущих, создаётся Автомобильное Московское общество, АМО — будущий завод «Москвич». Впервые проводится выставка современного искусства, в которой участвуют такие выдающиеся архитекторы, художники и дизайнеры, как Йозеф Ольбрих, Чарльз Макинтош, Константин Коровин, Михаил Врубель. Причём, на этой выставке экспонировались не столько произведения искусства, сколько предметы повседневного обихода и, в первую очередь, элементы интерьера. Именно тогда великая княгиня Елизавета Фёдоровна была назначена покровительницей императорского Строгановского училища.

Кстати, почему именно её назначили вашей покровительницей?

Она была настоящим художником. У неё был хороший рисунок и замечательные акварели. Она была ещё и попечительницей московской императорской сцены — Большого и Малого театров. Находясь на этом посту она скоро поняла, что российская театральная сценография окончательно устарела. Поэтому она создала в нашем училище сценографическое отделение, которым руководил сам Коровин. Кстати, некоторые спектакли Большого театра до сих пор идут в его декорациях, а знаменитый занавес с «чайкой» для МХТ выткали в мастерских Строгановского училища по эскизу Шехтеля. В период покровительства Елизаветы Фёдоровны помимо Шехтеля и Кекушева у нас преподавали выдающиеся архитекторы Сергей Соловьёв и Алексей Щусев.

Но ведь именно эти архитекторы создали лицо современной им Москвы!

Я бы сказал, что Строгановское училище начало оказывать значительное влияние на облик Москвы. Всё было очень современно. Скульптор Николай Андреев создал памятник Островскому у Малого театра и памятник Гоголю, что сейчас стоит во дворе особняка, где умер писатель. Раньше он стоял рядом с кинотеатром «Художественный», но после войны по приказу Ворошилова его перенесли, потому что он не отвечал концепции «советского» Гоголя-сатирика.

В конце XIX века Шехтель строит Ярославский вокзал, а Коровин украшает его майоликовыми панно и рельефами. Возводят гостиницу «Метрополь», Николай Андреев создаёт там рельеф, а Врубель — панно «Принцесса Грёза». Да, это уже совершенно другая культура, и Строгановское училище гармонично встраивается во все эти проекты. Директором училища тогда был прогрессист и реформатор Николай Глоба, который занял этот пост при поддержке Сергея Александровича и Елизаветы Фёдоровны. Он учился в Петербургской академии художеств. Таких, как он, Врубель, Шехтель и Андреев не приглашали преподавать в Императорскую Академию художеств. Они были там чужды и непонятны. Тем временем Строгановка заявила о себе как об исключительно прогрессивном образовательном учреждении.

Писатель-фантаст Иван Ефремов считал, что вся эстетика, тем более — промышленная, построена на принципе целесообразности.

Это известные с античных времён три закона архитектуры — триада, сформулированная римским архитектором Марком Витрувием: прочность, польза, красота. Что такое дизайн? Это эргономика, функция, материалы, технологии. Здесь просчитывается всё. И дизайнер — это не художник, который говорит: «Я так вижу». Приведу пример. Один наш дипломник занялся техникой для коммунальных служб. Он провёл год на свалках, изучал логистику вывоза мусора, интервьюировал водителей мусоровозов, изучал парк старых машин и только потом, представив результаты исследования, начал проектировать свою машину.

В 1918 году Строгановка пережила серьёзную трансформацию.

После революционных событий 1917 года императорское училище было реорганизовано в Высшие художественно-технические мастерские — ВХУТЕМАС. По сути дела, это была первая школа современного искусства и дизайна в мире. Сюда пригласили молодых задорных авангардистов, таких как Василий Кандинский, Владимир Татлин, Любовь Попова, Ольга Розанова, Александр Родченко.

Почему выбор пал именно на них?

Революция сказала, что искусство никому не нужно. Действительно, клиент исчез, перестали заказывать картины, скульптуры, предметы роскоши, и революция сказала, что художник должен идти на производство и проектировать полезные вещи, создавать новую предметную удобную и функциональную среду. Именно тогда появляются дома-коммуны, корпусная и трансформирующаяся мебель, современная посуда, текстиль. Фактически рождается совершенно другая эстетика.

ВХУТЕМАС — это очень важный поворотный этап. В старом историческом здании преподают «империалисты» и молодые авангардисты. Отец Павел Флоренский читает лекции об иконе, а молодые авангардисты видят в иконе истоки национального искусства. Владимир Маяковский читает лекции о современной поэзии и вместе с Александром Родченко работает с плакатом, соединяя слово и образ. По сути дела, рождается современная реклама. Ученик Татлина Кожин разрабатывает мебель. Его стул опередил время по меньшей мере на полстолетия. Созданный во ВХУТЕМАСе осветительный прибор до сих пор производит одна итальянская компания! Кандинский проводит эксперименты с фарфором, Фёдор Федоровский, главный художник Большого театра, проектирует кремлёвские звёзды и станции метро. Наш дизайн окружает человека повсеместно. Спустился в метро — там Строгановка, вышел на Красную площадь — снова Строгановка, зашёл в музей, приехал в «Центр Помпиду» в Париже, в Музей современного искусства в Нью-Йорке — опять Строгановка.

Однако в 1932 году ВХУТЕМАС закрыли. Почему?

По мнению власти мастерские уже не соответствовали новым концепциям развития художественной культуры. Плюрализм двадцатых годов, когда существовало множество литературно-художественных объединений и группировок, когда можно было учиться у Кандинского, у Татлина, у Герасимова, вся эта множественность уже не устраивала правительство, которое решило, что на фоне международной и внутренней напряжённости нужно брать художественную культуру под контроль. В 1932 году запретили все литературно-художественные объединения и группировки. Были созданы Союз писателей, Союз художников, Союз архитекторов, Союз композиторов, через которые власть взяла под контроль художественную жизнь страны. Была сформулирована концепция социалистического реализма, а ВХУТЕМАС был признан рассадником формализма. Искусство стало важным инструментом воспитания гражданина и мощным средством пропаганды.

Но ВХУТЕМАС ведь не исчез бесследно. На его основе образовалось несколько учебных заведений.

Да, были созданы Архитектурный, Художественный, Полиграфический и Текстильный институты, но уже в апреле 1945 года правительство издало приказ о воссоздании художественно-промышленного училища (Бывшего Строгановского). Власть сохранила это имя как бренд.

Что стало причиной такого внезапного пробуждения?

Всё объяснимо: страна лежала в руинах, были разрушены города, производства. Поэтому возникла острая надобность в дизайнерах, проектировщиках, художниках, которые пойдут на производство и будут украшать возводимые здания, создавать комфортную среду, проектировать необходимые в быту предметы потребления. Тогда наш бывший преподаватель Иван Жолтовский спроектировал для возрождённого учебного заведения неоклассическое здание на Волоколамском шоссе, а к преподаванию возвратились многие из прежних педагогов.

Традиции тоже возвратились?

Отличительная черта Строгановки 1950-х — 1970-х годов — плюрализм художественной жизни и образования. Почему? Потому что на преподавательскую работу сюда брали тех, кого не брали никуда больше. Например, Суриковский институт находился под контролем власти и цензуры, потому что его главный продукт — большая концептуальная картина на тему труда и подвига Советского народа, то есть — пропаганда. А дизайнеры, художники декоративного искусства, художники-монументалисты пускай что хотят, то и делают!

Моей кафедрой долгое время заведовал Николай Николаевич Соболев (1874–1966), историк искусства и художник текстиля, который при Николае II был кавалергардом, а на занятия в советскую Строгановку приходил в шапочке и мантии профессора Сорбонны. А Павел Варфоломеевич Кузнецов, художник-символист, приходил в цветной бабочке и с бутоньеркой в петлице. Заведующий кафедрой академического рисунка Владимир Иванович Козлинский, долгое время живший в Париже, рассказывал о творчестве своих близких друзей-авангардистов — Леже, Пикассо, Модильяни и о Маяковском. Так советские студенты получали знания о современном искусстве из первых рук. Каково? Секретарю Кандинского, художнику-абстракционисту Боброву, вообще было запрещено преподавать, и он работал у нас лаборантом. Именно от этих людей известные шестидесятники, семидесятники, художники-модернисты, художники нового искусства получили преемственную связь с искусством авангарда и символизма.

Что представляет собой Российский государственный художественно-промышленный университет имени С. Г. Строганова сегодня?

У нас три факультета. Факультет дизайна — самый многочисленный и мощный. Там много кафедр: кафедра текстильного дизайна, кафедра транспортного дизайна, кафедра промышленного дизайна, кафедра дизайна городской среды, дизайн мебели и дизайн средств транспорта. Следующий — факультет монументально-декоративного и прикладного искусства, то есть, всего того, что интегрируется в архитектуру, в интерьер. Это украшение фасадов зданий, станций метро, это мозаики, скульптуры, фрески, инсталляции. Наконец, у нас есть факультет искусства реставрации.

Из самих названий факультетов ясно, что деятельность нашего вуза носит прикладной характер. Мы связаны с индустриальным производством, у нас много партнёров в различных отраслях промышленности и много очень серьёзных и важных достижений.

Мы — учебное заведение, которое постоянно переживает апгрейды, обновления, потому что вперёд идут технологии и развивается индустриальное производство. Мы сотрудничаем с РЖД, проектируем современные комфортабельные поезда. Иван Шматов работал в дизайн-бюро Audi, Евгений Жуков — в BMW в Германии, а это наши выпускники. Огромный военно-транспортный самолёт, проект которого был заказан компанией «Волга-Днепр» — тоже наша разработка. Вы наверняка знаете такую компанию, как BORK, дизайн продукции которой неоднократно удостаивался наград международных конкурсов. Так вот, BORK — это российская компания, российский бренд, а дизайнерами там работают наши выпускники! Среди наших достижений многочисленные проекты для «Роскосмоса», для металлургических, стекольных, фарфоровых, текстильных, машиностроительных производств. Наши выпускники получают блестящее междисциплинарное образование, поэтому их с удовольствием берут туда, где нужны первоклассные профессионалы.

А в следующем номере журнала нас ждёт интервью с ректором РГХПУ им. С. Г. Строганова — профессором, доктором искусствоведения, академиком РАХ, заслуженным деятелем искусств РФ Сергеем Владимировичем Курасовым. Он расскажет о современной Строгановке: о том, как вузу удаётся сохранять двухвековые академические традиции и одновременно идти в ногу со временем, выстраивая партнёрские отношения в сфере образования и искусства не только с музеями и монастырями, но и с самыми передовыми производствами, включая космическую отрасль.

текст:
Илья Пляцковский
фото:
Антон Алексеев
MUAH:
Екатерина Слепкова