Сергей Семишкур
РЕКЛАМА
baskinrobbins

Сергей Семишкур. МУЗЫКА — ЭТО ЛЕКАРСТВО ОТ ВСЕХ БОЛЕЗНЕЙ

В его репертуаре — десятки оперных партий, исполненных на сценах самых знаменитых театров мира… Его концертный график расписан по часам, а гастрольные поездки распланированы на долгое время вперёд…
Но пообщаться с солистом оперной труппы Мариинского театра Сергеем Семишкуром мне всё же удалось — в перерыве между насыщенными спектаклями днями Сергей нашёл время встретиться и ответить на все мои вопросы.

Сергей, опера считается элитарным искусством. Как вы думаете, нужно ли её популяризировать?

Наверное, очень-очень давно, во времена венских классиков, это было элитарное искусство. Сейчас всё изменилось — опера стала доступна всем. Повсюду строятся оперные театры и концертные площадки, создаются коллективы, появляются новые имена. И всё это даёт колоссальный толчок к пропаганде и, как вы говорите, к популяризации классического искусства, в том числе и оперного. Я очень этому рад и сам всячески стараюсь этому способствовать. Если в начале 2000-х меня приглашали в Нижний Новгород, Саратов, Магнитогорск и залы были полупустые, то сейчас всё сильно изменилось. У Мариинского театра в Петербурге три площадки, порой на каждой из них проходит по два мероприятия в день, и залы переполнены! На спектакли Шаляпинского фестиваля в Казани уже за три месяца нет билетов в кассах. Это, безусловно, не может не радовать.

Среди множества оперных партий, исполненных вами, есть ли любимая — и с точки зрения музыки, и с точки зрения образа героя?

Мне часто задают этот вопрос, и каждый раз у меня нет на него точного ответа. Скажем так: у меня нет нелюбимых партий. Слава богу, сейчас я могу петь те партии, которые хочу исполнять. С возрастом меняется не только голос певца, меняется и отношение к той или иной партии, иного и быть не может, это нормально. Если конкретнее ответить на ваш вопрос, то в последнее время мне нравится исполнять характерные партии, герои-любовники немного надоели. Характерные — это не то чтобы партии второго плана, нет, это те роли, в которых я могу проявить себя гораздо сильнее в плане артистического мастерства, найти образ, постараться многогранно раскрыть его и почувствовать себя скорее драматическим актёром, нежели певцом. Например, в «Игроке» С. Прокофьева — роль Алексея, роль Самозванца в «Борисе Годунове» М. Мусоргского, партия Сергея в «Леди Макбет Мценского уезда» Д. Шостаковича… Очень полюбил Парсифаля в одноименной опере Р. Вагнера (одна из последних моих работ).

А есть ли партии, которые вы ещё не исполнили, но мечтаете спеть?

Очень хочу спеть Хозе в «Кармен», Самсона в «Самсоне и Далиле». Ну и, наверное, как и любой тенор, мечтаю исполнить Германа в «Пиковой даме», но это, думаю, чуть позже.

В вашем репертуаре так много разноплановых ролей! Расскажите, как вы настраиваетесь на образы своих героев?

Естественно, два-три дня нужно, чтобы войти в роль, которую будешь исполнять. При этом не надо много раз пропевать её на уроках в голос — это не поможет, а вот в мозгах прокручивать образ нужно обязательно. Ведь голос очень зависит от состояния души! Насколько хорошо ты себя ощущаешь в день спектакля, с каким настроением встал, кто тебя окружает, какую энергию тебе посылают — всё это очень важно!

А непосредственно за голосом как нужно следить оперному певцу? Наверняка есть какие-то особые ритуалы?

Да, голос надо держать в постоянном тренаже. Стоит немного расслабиться — и уже нет тонуса в связках. Или, наоборот, большая нагрузка на репетициях, спектакли и т.д. дают усталость. Певец сам должен уметь контролировать своё состояние. К счастью, за долгие годы я немного этому научился. Но, конечно, случаются и непредвиденные ситуации, например болезнь. И если у тебя в этот день спектакль, то необходимо включить все внутренние ресурсы, чтобы достойно исполнить свою партию! А иногда приходится и отказываться от выступлений. Это очень обидно, но жизнь, бывает, преподносит сюрпризы.

Как вы считаете, какими качествами должен обладать успешный оперный певец?

В первую очередь, должен иметь стойкий характер. У нас порой очень большая нагрузка, даже не на голос, а эмоциональная. Представьте себе: уроки, репетиции, спектакли, а вместе с этим переезды, самолёты, гостиницы… Иногда ты поёшь вечерний спектакль, а после мчишься в аэропорт, полночи летишь. В отеле без задних ног ложишься спать, а в десять утра следующего дня у тебя оркестровая репетиция, где надо петь в голос. Иногда просыпаешься и не понимаешь, где находишься, в каком городе и стране! У меня в феврале было девять спектаклей и сплошные переезды. И все главные партии! И при этом выходные дни тоже редко бывают. В начале марта я пою «Царскую невесту» в Мариинке — и после на самолёт в Мексику, на месяц. А с самолёта сразу начинаются репетиции. Это я к тому, что если расслабишься, то потом очень тяжело собраться. Поэтому волевой характер на первом месте, ну и, конечно же, к этому хотелось бы здоровья.

Звучит прямо пугающе, честно говоря! Сразу вспомнилось интервью с Анной Нетребко, в котором она сказала, что для того, чтобы «выжить в Мариинке, нужно быть бойцом».

Абсолютно с ней соглашусь! Наш художественный руководитель и главный дирижёр Валерий Абисалович Гергиев живёт в астрономическом ритме с его гастрольным графиком. И мы до сих пор учимся и пытаемся быть с ним на одной волне. Может быть, не всегда это получается, но он очень требователен и спуску не даст. Мариинский театр — это как машина, огромный механизм, который Гергиев завёл более 30 лет назад и который с каждым годом только увеличивает темп. Представьте себе, только в Петербурге в общей сложности порядка 1100 полноценных спектаклей и концертов в год! И ещё около 300 представлений проходит в камерных залах! Три площадки в Санкт-Петербурге, а ещё Владивосток, Владикавказ, гастрольные туры и фестивали. В общем, скажу вам, в Мариинке непросто, здесь нужно полностью отдаваться!

Имея такой насыщенный гастрольный график, вы, наверное, побывали во всех крупнейших театрах мира. Расскажите, какой из них произвёл на вас наибольшее впечатление.

Пять лет назад я дебютировал в опере «Князь Игорь» в Метрополитен-опера в Нью-Йорке. Впечатление было колоссальное! Один из самых главных театров мира! Огромная честь там петь! Когда ты заходишь в артистический буфет, а там сидят Пласидо Доминго, Йонас Кауфман, Роберто Аланья, и ты знакомишься, садишься, пьёшь кофе с ними — это потрясающе! А когда ты выходишь на сцену, где пели Паваротти, Корелли, Краус, Каррерас, — это просто фантастика! Ещё мне очень нравится театр в Казани. Я частый гость на Шаляпинском фестивале, который проходит там в очень тёплой и приятной атмосфере!

А никогда не возникало желание перебраться в какой-нибудь другой, например, европейский театр? Не поступало подобных предложений?

Сейчас практически во всём мире контрактная система. Невозможно быть штатным солистом Метрополитен-опера или солистом Ла Скала. Театр осуществляет постановку и приглашает тебя в качестве артиста. Так все певцы и работают. И в России то же самое. В прошлом сезоне я спел Лыкова в «Царской невесте» и Самозванца в «Борисе Годунове» в Большом театре, тоже на контрактной системе. Через два года будет 20 лет, как я пою в родной Мариинке. И честно — я никуда больше не собираюсь.

Столько лет на сцене одного театра! Интересно, с годами эмоции, испытываемые во время выступления, притупляются?

Нет. И каждый раз они разные. Это зависит от персонажа (героя), от музыки, от композитора, от дирижёра, от постановки, от коллег по сцене… В общем, это как… Ну не знаю, как большой пирог, вкус которого зависит от ингредиентов, которые в него положишь. Эти эмоции сложно вычленить, ими можно только безмерно наслаждаться. Мне это нравится, иначе я бы этим не занимался. А ещё нравится, когда своими эмоциями ты отдаёшь невероятную энергетику в зал. Вот это настоящий экстаз!

Волнение перед выходом на сцену каждый раз присутствует?

Волнуюсь всегда, никуда ничего с возрастом не уходит. Но это волнение и рождает те эмоции, о которых я говорил. А как без него? Мы люди творческие, и волнение нам свойственно. Главное, что бы оно было здоровым. Знаете, есть термин такой — «здоровое волнение». Это когда волнение не переходит в страх. Если страх, то всё пропало, это самое худшее, что может быть для певца.

Красивых голосов много. А что способно превратить человека с красивым голосом в звезду оперы?

Наверное, важно появиться в нужное время перед нужными людьми, или, иными словами, попасть в струю, в поток. Вы правильно заметили, что красивых голосов очень много, очень много талантливых людей! Но, к сожалению, не все могут себя реализовать. Рынок певцов в мире сейчас пресыщен. Не всем выпадает шанс спеть в лучших театрах мира. И контрактов за границей стало меньше. Не знаю, с чем это связано, наверное, с экономическим кризисом в разных странах. Сейчас даже постановки идут полуконцертные, так как денег на иные просто нет. Поэтому остаётся только пожелать молодым талантливым певцам достичь того самого статуса оперной звезды. Хотя с каждым поколением оперных звёзд становится всё меньше и меньше. Сейчас я бы, дай бог, человек 20 насчитал во всём мире.

Сергей, солист оперного театра — это и певец, и актёр одновременно. Есть ли какие-то особенности в существовании артиста именно на оперной сцене?

Вы совершенно верно подметили, что оперный певец — это и певец, и актёр единовременно. Раньше были такие постановки, когда певец просто выходил на авансцену, пел арию, дуэт… Шаг вправо, шаг влево — нет, не расстрел! (Смеётся.) В дуэте подержались за ручки, в конце обнялись и разошлись. Публику не очень интересовала актёрская игра певца, все наслаждались только голосом. Ну и, конечно, свою роль играли декорации и костюмы. Сейчас всё изменилось. Певец разве что на голове не стоит, и современные режиссёры ставят перед ним очень много задач. Он должен быть мобильным, его образ должен быть ярким, многогранным, движения пластичными… Лично мне это всегда помогает на сцене. Я люблю сложные живые и красочные постановки, где певец в полной мере может показать своё актёрское амплуа. Я не имею в виду, что надо прыгать по сцене, как умалишённый, нет! Но эмоции нужно передавать всегда. В финале оперы «Богема» Дж. Пуччини Мими умирает, Рудольф приносит ей лекарство, хотя сам уже прекрасно осознаёт безысходность. Меня каждый раз до глубины души потрясает этот момент, хотя, казалось бы, сколько раз я уже спел эту оперу! И на сцене я отворачиваюсь от Мими, потому что не могу смотреть, как она умирает! Вхожу в луч света так, чтобы лицо полностью в него попало, поднимаю голову, смотрю в зал и просто плачу! Слёзы текут, а я не стесняюсь, для меня это живая, настоящая эмоция. Музыка в этот момент очень тихая, и я слышу в зале одно шмыганье носами. Поэтому я бы не разделял эти понятия: певец и актёр.

Наверное, исполнение партии в спектакле намного сложнее концертного выступления?

Кому как. Мне гораздо легче петь сценическую версию. Здесь костюмы, декорации и, мне кажется, другое взаимодействие с партнёрами. А в концертном исполнении ты, как говорится, «голый». Это надо быть очень грамотным и опытным певцом, чтобы уметь перевоплотиться, когда под рукой нет ничего. Я раньше очень не любил конкурсы (поэтому, видимо, и не добился больших результатов в них) и концерты. А сейчас мы с концертмейстером Мариинки Мариной Мишук делаем уже четвёртый проект концертов. И знаете, я получаю огромное удовольствие как от процесса, так и от исполнения. Видимо, дорос. Кстати, 8 мая приходите в Концертный зал Мариинского театра! Состоится очередной наш концерт, посвящённый 75-летию Победы. Прозвучат песни военных лет в моём исполнении. Также будут задействованы и артисты хора Мариинского театра. Все секреты раскрывать не буду, но будет очень интересно!

Спасибо большое за приглашение, с удовольствием! Сергей, а как привить любовь к оперному искусству молодёжи? Ведь подрастающее поколение не заставишь сходить послушать оперу… Или это не так?

Напротив, сейчас много молодёжи и детей ходят в театр. Есть специальный абонемент «Опера — детям»: симфонические программы для детей и школьников, показы одноактных опер театров-студий. Всегда полные залы. А сколько спектаклей для детей в Мариинском! Это и оперы «Снегурочка», «Волшебная флейта», и балеты «Золушка», «Фея кукол», «Щелкунчик»… Я просто даже не вспомню всё сейчас. Детский театр «Зазеркалье» тоже стремительно развивается, что, безусловно, не может не радовать!

А вы сами в каком возрасте полюбили оперу и поняли, что это ваше призвание?

Я вырос в музыкальной семье. Мама у меня дирижёр хора, а папа кларнетист. Оба до сих пор преподают в музыкальном колледже имени Казенина в городе Кирове, где я и родился. С детства дома всегда звучала музыка, меня постоянно водили на различные концерты в филармонию. Именно родители привили мне ту любовь к музыке, которая до сих пор не отпускает, за что я очень им благодарен. В семь лет меня отдали в класс фортепиано музыкальной школы, после которой я поступил в училище искусств, тоже на фортепиано. Но там я начал понимать, что это не моё, и поэтому параллельно продолжил обучение на дирижёрско-хоровом факультете. В итоге окончил училище по двум специальностям, после чего поступил в консерваторию Нижнего Новгорода на дирижёрско-хоровой факультет. Ну а факультативно стал заниматься симфоническим дирижированием и так, от нечего делать пошёл на вокал, тоже факультативно. Голос-то у меня всегда был от природы, и во всех хорах с малого возраста я был запевалой. Так вот, в консерватории был профессор Владимир Иванович Васильев, сам в прошлом прекрасный драматический тенор. К сожалению, его уже нет с нами… Именно он и открыл мне голос, настоящий голос. До сих пор с трепетом вспоминаю наши уроки! Консерваторию я окончил по двум специальностям («вокал» и «дирижёр хора») и поехал в Петербург, на авось — а вдруг повезёт? Прослушался в Академию молодых певцов Мариинского театра, и Лариса Абисаловна Гергиева пригласила меня стать её участником.

Ваш сын Матвей, судя по всему, решил пойти по вашим профессиональным стопам? Отлично зарекомендовал себя, выступив в программе «Голос.Дети». Если я не ошибаюсь, дошёл до финала в команде Пелагеи. Участие в этом проекте было его инициативой?

Абсолютно его решение. Скажу вам больше, несмотря на свой возраст на тот момент (это сейчас ему уже почти 18), он весь проект вёл себя предельно самостоятельно. Мы вообще не вмешивались — он сразу нас об этом попросил. Однако в интернете потом активно писали о том, что якобы всё куплено, что папа — солист Мариинки — «проплатил». Я совершенно других принципов человек и никогда не стану заниматься подобными вещами.

Многие говорят о том, что конкурсы такого плана негативно влияют на детскую психику. Как Матвей выдержал это испытание?

У него просто стальные нервы, в отличие от меня (смеётся). Сколько было обсуждений в интернете, и ведь не всегда позитивных! Многие такое писали, даже после слепых прослушиваний, что думаешь с ужасом: откуда столько злости в людях? Он же ребёнок! А Матвей абстрагировался и шёл дальше, готовил новую программу с Пелагеей. В результате добился хороших результатов. Кстати, интересный момент: когда он вернулся в школу, все одноклассники, все дети были рады за него, поздравляли и гордились им! А поразили меня некоторые учителя, которые кардинально поменяли своё мнение о нём, причём в худшую сторону. Господи, взрослые люди, что он им сделал — непонятно! Но Матвей молодец, всегда ведёт себя очень достойно. Он талантливый парень и с головой, слава богу, дружит.

Сейчас он продолжает заниматься музыкой?

Да. Правда, год назад неожиданно заявил, что будет врачом. Стал готовиться в медицинский (мы все в ужас пришли, вроде бы даже и смирились), но потом образумился. Он занимается музыкой, прекрасно владеет классической гитарой. Много раз ездил на международные конкурсы, привозил первые места. Потом увлёкся и овладел ударными, немного освоил фортепиано, с удовольствием сочиняет музыку сам, ну и, конечно, занимается вокалом. Будет поступать в Москву на эстрадный вокал. Сейчас у него много проектов в родном городе и в столице, он плотно сотрудничает с ансамблем «Непоседы». Недавно солировал на собственном концерте в Петербурге со своей группой, где представил сольный альбом, который сейчас уже можно найти в iTunes.

Как здорово, что он продолжает развиваться в этом направлении!

Матвей очень умный и целеустремлённый парень. Я полностью доверяю ему и его выбору. Кем бы он ни стал в будущем, он всегда будет чувствовать мою поддержку. Время всё расставит на свои места, и у него, я уверен, всё получится.

Как вы считаете, музыкальное образование обязательно для детей? Должны ли родители с детства прививать детям любовь к хорошей музыке и каким способом это лучше делать?

Мой младший ребёнок ходил в музыкальную школу. Мы с женой решили повести его по нашим стопам: мы солисты театра и он тоже будет — думали так. Как обычно, отдали на фортепиано. Ребёнок промучился чуть больше года, потом взвыл, сказал: «Больше не могу». Ну мы не садисты, нет так нет. Потом в какой-то момент сам попросил нас устроить его в детский миманс в Мариинке. Стал участвовать в спектаклях, и ему безумно это нравилось. Спустя какое-то время заявил: «Я буду актёром». И мы отдали его в театральную студию, где он сейчас делает большие успехи, очень раскрепостился. Спектакли ездят на всевозможные конкурсы, и он получает дипломы за яркую актёрскую работу. Всё это я к тому, что ребёнок сам вам подскажет. И к нему обязательно надо прислушиваться. Да, бывает детей колбасит в разные стороны, но я считаю, что не надо этого бояться. В итоге ребёнок сам выберет свой путь. Ну а музыка, она всегда при нас была и будет. Это, можно сказать, лекарство от всех болезней.

Интересно, а какую музыку вы слушаете в повседневной жизни?

Если вы сейчас подразумеваете классику, то её я слушаю очень редко. Только по необходимости, когда надо что-то быстро выучить. А так в основном люблю лёгкую музыку: джаз и соул. Нет, ну бывает, конечно, я и Шнура могу на всю катушку врубить, всё зависит от настроения!

Сергей, вот я говорю с вами и у меня рушатся абсолютно все стереотипы в отношении вашей профессии. Не знаю почему, но мне оперные исполнители всегда казались людьми крайне серьёзными, полностью погружёнными в своё творчество, которое не терпит никакого веселья и озорства (в правильном понимании этого слова)…

Да вы что! Я очень несерьёзный человек! В хорошем смысле этого слова. Люблю шутить, люблю компании, люблю, когда много гостей у нас дома. В артистической жизни чем больше позитива и хорошего настроения, тем лучше. Мне очень нравится отдыхать с семьёй, хотя полноценно отдохнуть получается только недели три в августе. Стараюсь не планировать никаких концертов и личных контактов в это время. И вот там я рот закрываю и не издаю ни звука в плане пения. Мы едем за город, снимаем виллу на берегу озера и наслаждаемся тишиной: ловим рыбу, грибы собираем и т.д. С недавних пор я стал заядлым рыбаком и всю семью подсадил на это. Дети таких щук таскают!.. Ну а потом мы уезжаем на море: Кипр, Турция, Греция — всегда по-разному — и отдыхаем там. У нас очень дружная семья, и мы любим проводить время вместе.

текст:
Екатерина Куцанова
фото:
Анна Применко